Рассказ "Умереть и возродиться на Эльбрусе". Главы 18-22

 

30 Сентября, 13:44

*****

Сергей вышел из модуля и направился прямо в столовую. Теперь можно и о себе позаботиться. Сразу после возвращения он занялся Хрипцовым, и времени подумать о себе у него не было. Между тем, его уже мучало чувство голода, да и чувствовал он себя неважно. Разневрничался из-за этого несуразного падения.

Мужчина зашел внутрь. В дальнем углу столовой напротив телевизора сидел, отвалившись на мягкую спинку сидения, Владимир. Сергей подошел к шведскому столу, взял тарелку и начал набирать себе ужин.

- Ну что? Уложил баиньки своего подопечного? – спросил он с ехидцей.

Рябцов пропустил его вопрос мимо ушей и продолжил с невозмутимым видом греметь посудой. Потом подошел к столу и сел с противположного конца подальше от Криворукова.

- Говорил я тебе, что ты еще успеешь надорвать с ним себе жопу. А ты мне не верил, - медленно, с расстановкой проговорил Владимир, отпив что-то горячее из кружки.

Сергей молча ел.

- А ведь мы только поднялись в базовый лагерь, - продолжил старший гид. – Дальше будет только хуже. Вот увидишь. Вспомнишь потом мои слова. – он поставил кружку на стол и поддался вперед, положив на него руки. – Заканчивай с этим детским садом. И жизнь сразу покажется легче.

- Я не могу, - его младший коллега оторвался от ужина.

- Почему? – весело спросил Владимир.

- Потому что мне совесть не позволит.

- Ишь ты, совесть ему не позволит. А бросать целую группу ради одной паршивой овцы позволит? Хорошо, что сейчас есть я. А чтобы ты делал, если остался один? С шаманским бубном с утра до ночи вокруг них скакал? Какая тогда была бы работа? Не работа, а каторга.

- Но клиенты же не всегда хорошие и сведущие в походах в горы попадаются? Бывают и другие случаи.

- Бывают. Но я считаю, что горы должны оставаться уделом именно таких, как ты сказал, хороших и сведущих восходителей. А не профанов и дилетантов, которые надеются непонятно на что. И уж тем более таких толстосумов, как твой Хрипцов.

- Да что ты прикопался к его деньгам? – возмутился Сергей. – То, что он бизнесмен, еще ни о чем не говорит. Откуда ты знаешь, какой у него бизнес? Нам же этого не говорили. Может, у него совсем маленькая фирма, в которой трудится он да еще полторы калеки? И в отпуск ему некогда поехать, потому что тогда все без него встанет. Может, среди других наших гостей есть те, кто работает на «дядю», но при этом получает в разы больше, чем Хрипцов. Ты толком даже не разобрался в ситуации, а уже, получается, навешиваешь на человека какой-то ярлык, не зная ничего о нем.

- Не кипятись, парень! Видишь, каким защитником заделался. Просто поражаюсь.

- Эти люди, какими бы они не были, доверяют нам и ждут, что мы им поможем. А мы за их спинами всякие гадости про них же самих говорим.

- А где тут гадости? Я сказал, как есть. Он не в состоянии взойти. Это факт. И пусть лучше он о нем знает. Или ты другого мнения?

- Я придерживаюсь того мнения, что если человек очень захочет, он сделает невозможное, чтобы достичь цели. Просто ему нужно помочь. Где-то техническими знаниями, где-то просто подбодрить. В конце концов, поверить в его силы и заставить его самого поверить в это. Ведь многие же едут сюда не только для того, чтобы покорить наивысшую точку Европы. Для кого-то, да, это просто галочка. Типа еще одна вершина, и все. Для других это нечто большее.

- А зачем тебе вообще копаться в психике других людей? Их мечтах, как ты говоришь, целях? Твоя работа – водить. И точка! Не получится взойти, значит, не получится. Всякое бывает. И, как правило, туристы это понимают. А ты пытаешься на себя роль волшебника какого-то взять. Я смотрю, ты за то время, что мы работаем в паре, так ничему не научился.

- Научился. По крайней мере, я теперь понимаю, что тебе интересны легкие варианты. Чтобы люди без тебя уже все знали, а ты, не особо утруждаясь, просто походил с ними несколько дней.

- Да как ты…Владимир встал и хлопнул рукой по столу. – Ты кем себя возомнил, Рябцов!

Сергей молчал. Разговор переходил на повышенные тона.

- Если тебе так хочется геморроя, ради Бога, забирай себе своего Хрипцова и возись с ним столько, сколько тебе вздумается. Заодно и потренируешься. Надо же из помощников куда-то расти! Только заруби себе на носу одно. Если у тебя вдруг что-то не получится или что-то случится с твоим подопечным, от меня помощи не жди. Разбирайся со всем сам! Ты меня понял?

- Понял.

- Замечательно! Приятного аппетита, - Владимир взял со стола кружку и, громко хлопнув дверью, вышел из столовой.

Сергей тяжко вздохнул. Весь аппетит как напрочь отбило. Мужчина встал из-за стола и подошел к баку для нагрева воды. Налил себе чай. В помещение зашла Наташа. Поздоровался с ней, поблагодарил за вкусный ужин и вышел. Зашел в модуль. Койка Хрипцова находилась прямо у входа. Склонился над его кроватью, пощупал лоб. Вроде бы температуры больше не было. Пока Сергей отсутствовал, Виктор успел снять с себя флиску, и теперь спал в одном термобелье, высвободив руки из-под спальника. Значит, все нормально. На всякий случай гид протянул руку к термосу и потряс его. Ага, практически полный. Кипятка доливать не надо. Встал и прошел к своему месту, лег.

Разговор так вывел его из себя, что он не мог собраться с мыслями и решить, чем занять остаток вечера. Сергей начинал чувствовать, что внутри доходит до какой-то точки кипения, после которой произойдет взрыв. Решил просто полежать на кровати. Вдруг, отпустит и получится заснуть.

 

*****

Виктор открыл глаза и нашарил в темноте мобильный телефон. Время – начало второго ночи. В модуле было темно. С разных сторон слышался громкий храп. После короткого сна самочувствие было лучше, хотя чувствовалась усталость во всем теле. «Пора! Отличный момент!», - подумал он про себя и сел в кровати. Нащупал в темноте свою куртку со штанами, ботинки. Тихо, чтобы никого не разбудить, оделся и вышел в тамбур. «Вот оно. Дождался», - с этими мыслями он на ходу застегнул куртку и вышел на улицу. Но тут же встал, застигнутый врасплох. Прислонившись к металлическим периллам, чуть сбоку от него стояла Ася. Хрипцов прошел мимо нее, буркнув «Извините», и по лестнице спустился к туалету, зашел внутрь. Вот уж не думал встретить ее в такое время здесь. Он то был уверен, что все спали. Но ничего. Переждет пока тут. Не будет же она вечно стоять там.

С этими мыслями Виктор включил свет в кабинке туалета, зашел внутрь и заперся. Засек время. Форточка в кабинке была приоткрыта. Из нее дул сильный ветер, и внутри было свежо. Хрипцов простоял там 10 минут, 15. Решил, что достаточно. Для правдоподобия, на всякий случай, спустил воду в унитазе и помыл руки. Вышел на улицу. Ася попрежнему стояла на том же месте.

«Черт!», - подумал про себя Хрипцов, - «Что делать? Выйти позже, когда она наконец-то уйдет спать? А если она долго здесь проторчит? Вдруг из соседнего модуля сегодня уходят на восхождение и скоро будут вставать и собираться?» - Виктор прокручивал в голове различные варианты, стоя на месте. Благо, Ася пока не обращала на него внимание, внимательно что-то разглядывая в небе. Ясно было одно. Пока надо вернуться обратно в модуль. Сжав от досады губы, он подошел к лестнице. От этого шума женщина встрепенулаь и повернулась в его сторону. Виктор поднялся по ступенькам и практически поровнялся с ней. Свет от модуля выхватил из темноты ее лицо. Оно было очень умиротворенным и спокойным.

- Как ваше самочувствие? Уже лучше? - задала она ему невинный вопрос.

- Спасибо, уже лучше, - огрызнулся он. – Животом слегка маюсь.

- Может, таблетку примите? Мне несложно, я сейчас найду. Уже сегодня достаточно сложный и продолжительный выход на скалы, до него желательно бы прийти в норму.

- Спасибо, как-нибудь без них обойдусь, - зло ответил Хрипцов, пытаясь обойти Асю, чтобы зайти в модуль.

- Не расстраивайтесь. Такая реакция организма, я имею в виду вашего, вполне объяснима и нормальна. Он пытается привыкнуть к непривычным для него условиям обитания. У кого-то акклиматизация проходит легче, у кого-то чуть хуже. Но это не беда. Все пройдет.

- Вы меня жалеть что ли вздумали? – прыснул Виктор. Он достал из внутреннего кармана куртки сигарету и закурил, присев на скамейку. «Удивительные метаморфозы», - подумал он про себя, - «У меня даже нет времени здесь курить».

- Нет, я вовсе не это хотела сказать! – в голосе Аси послышались нотки негодования. – Просто вы выглядите несколько расстроенным. – сказала она уже чуть более мягким голосом.

- Расстроенным, значит…Виктор глубоко затянулся. – Может, вы в какой-то мере и правы.

Он выдохнул и на минуту замолчал.

- А хотите знать, что меня расстраивает?

- Если вы хотите об этом сказать…

- Вы! Вы постоянно встаете у меня на пути.

- Что? – Ася даже поперхнулась и закашлялась. – Как вы можете такое говорить?

- Вы хотели знать ответ. Я вам его озвучил, - Виктор достал из кармана вторую сигарету, но зажигать ее не торопился. Перебирая в пальцах правой руки, наслаждался произведенным эффектом. После продолжительной паузы женщина ответила.

- Не знаю, зачем вы сюда приехали, Виктор, но горы остро ощущают негативную энергию, исходящую от людей. И могут ответить им тем же.

- Ловко вы тему перевели, - Хрипцов негромко рассмеялся. – Но мне даже интересно стало. Можете продолжать.

- Спасибо за разрешение, - произнесла с обидой в голосе женщина. – Вы знаете, что такое анимизм?

- Нет, не знаю. Можете просветить.

- Это одно из первых религиозных верований человека. Древние люди верили во всеобщую одушевленность природы. Что и отдельная травинка, и речка, и море, и горы, и многое другое обладает собственной душой.

- Знаете, я далек от религиии, и не понимаю, при чем тут она.

- Я не знаю, как все остальное, но у гор точно есть своя душа или энергетика. Не могу точное определение подобрать. Если она чувствует, что человек идет к ней с добрыми помыслами и мыслями, она его обязательно примет. И у него все получится. А когда он постоянно думает о плохом, слишком самоуверенно себя ведет или проявляет непомерную гордыню, думая, что он сильнее ее, то получает по заслугам. Гора его не принимает. А в каких-то ситуациях даже начинает мстить.

-  По вашему мнению, мои неудачи объясняются тем, что этого просто хочет гора?

- Да.

- И она может дать сдачи абсолютно любому человеку будь то я или какой-нибудь более опытный спортсмен?

- Абсолютно любому. Она не делает различий.

- Отлично! И как это происходит?

- Не знаю…по-разному. Но в общем это можно обозначить словосочетанием «несчастный случай».

- Бред какой-то. Все дело в подготовке, и не более того.

- Разумеется, подготовка важна. Но это только часть большего.

- Зачем вы грузите мне голову этой херней?

- Чтобы вы одумались, пока не поздно.

Хрипцову ее слова не понравились. Уж не догадывается ли она о чем-то? Не должна. Быть такого не может. Он снова закурил. Или поведение у него слишком вызывающее по сравнению с другими?

- Виктор, зачем вы все-таки приехали? – спросила женщина немного уставшим голосом. Видимо, мини лекция про одушевленность гор отняла у нее порядочно сил.

- На то у меня были свои причины, - отрезал Виктор.

- Разумно, - вздохнула Ася.

- А вот вы мне можете ответить, для чего вы приехали сюда? – Хрипцов впервые с того момента, как присел на скамью, развернулся лицом к женщине.

- Могу. Я не делаю из этого секрета.

- Ну?

- Я хочу быть поближе к природе. Здесь, высоко в горах,ты ощущаешь себя каким-то незначительным, маленьким по сравнению со всем этим окружающим величием. Вы только посмотрите на небо?

Виктор вслед за Асей поднял голову вверх.

- Посмотрите, сколько здесь звезд. Это же целое море. Вы хотя бы раз видели столько у себя в Москве? Думаю, что никогда. Я у себя в Нижнем тоже. Потому что в городе такого никогда не будет. Когда ты смотришь на них, ты уносишься мыслями высоко-высоко, куда-то туда, в Космос, - она подняла руку вверх. – В какой-то момент все окружающее начинает тебя как бы обволакивать, ты мысленно сливаешься воедино со всем окружающим, в то время как тело не замечает ни мороза, ни холода. И чувствуешь такое спокойствие, умиротворение внутри.

Хрипцов быстро посмотрел на звезды, а потом опустил взгляд на Асю и наблюдал за ней все время, что она говорила. Со своего места он не видел, но почему-то ему казалось, что ее лицо от возбуждения слегка раскраснелось, а в глазах появился радостный блеск.

- Знаете, я далек от всей этой романтики, - Виктор замахал рукой вокруг себя. – Можете мне не объяснять, все равно не пойму.

- На все нужно время, - ответила Ася. – А вообще извините. Я, наверное, сильно утомила вас. Вам нужно набраться сил перед выходом. Спокойной ночи, - она открыла дверь тамбура. – Кстати, вы знаете, что здесь везде стоят камеры?

И скрылась внутри. Виктор сглотнул. Вот это открытие. Он завалил ногу на ногу. То есть даже если я уйду, и меня начнут искать, то могут запросто просмотреть все камеры и отследить, куда я ушел? Или того хуже? Может, внизу за нами кто-то постоянно наблюдает? Охрана, спасатели? Кто там еще может быть?

Мужчина немного пошевелился на скамейке, чувствуя, как его начинает пронимать холод, и погрустнел. Души, энергия, месть, космос. Куда я вообще попал?

Из раздумий его вырвал звук открывшейся двери. Из соседнего модуля вышла повариха Наташа. Она направилась прямо к Хрипцову. Села на скамейку рядом с ним и закурила.

- Курите?

- Я уже две выкурил. Спасибо, - Виктор натянул капюшон.

- Почему не спите? Холодно же на улице сидеть.

- Бессоница мучает, - в очередной раз солгал мужчина.

- Бывает. Чтож поделаешь. Но лучше все-таки пойти к себе в тепло.

- А вы почему не спите?

- Так готовить надо. Группа из соседнего модуля идет через два часа на штурм вершины.

- Понятно, - самые неприятные предположения Виктора сбылись.

В это время Наташа докурила сигарету и, пожелав спокойной ночи, зашла в столовую.

Виктор вздохнул и пошел к себе. В модуле по сравнению с улицей было очень тепло. Он также наощупь поставил под кроватью ботинки, повесил куртку со штанами на крючок и лег, укрывшись спальником. Все-таки внутри было теплее. Но заснуть Хрипцов долго не мог, как бы оправдывая ранее сказанную ложь про бессоницу. Когда ему казалось, что он уже практически заснул, ему вдруг начинало казаться, что он задыхается от недостатка кислорода. И тут же быстро открывал глаза. Пробовал снова заснуть, но неприятное ощущение повторялось вновь. Перевернулся на другой бок. Но так стало только хуже. К удушью добавилось ощущение того, что у него дико стучит в груди сердце. Громко, неровно, а иногда и вовсе останавливается.

Сколько не ругался про себя Виктор, заснул он уже под утро. Небо за окошком модуля было уже светлым.

 

*****

Проснулся от толчка. Кто-то несильно теребил его по плечу. Это оказался Сергей.

- Виктор, вставать пора.

- А, что? – Хрипцов с трудом разлепил глаза и уставился на гида.

- Вставать пора. Скоро на Скалы выходим. Как самочувствие? Озноб, тошнота, головная боль есть?

- Вроде, нет. Только состояние немного разбитое. В остальном нормально.

- Хорошо. Умывайся и подходи на завтрак, - Рябцов встал с койки и вышел из модуля.

Виктор снова грохнулся на подушку. Полежал так с две минуты, тупо уставясь в деревяшку верхней койки, потом протунял руку к полке, где у него лежал мобильный телефон, и посмотрел на время. 08:13. Делать нечего. Мучжина сделал над собой титаническое усилие и встал с кровати. В столовой практически не завтракал. Только быстро заглотнул бутерброд с сыром и сладкий кофе. Когда одевался, был неприятно удивлен тем, что альпинистские ботинки внутри были какими-то влажными, а перчатки – вообще мокрыми. Хотя, чему удивляться. Вчера сразу по приходу ему недо просушки снаряжения было. Поскорее бы в кровать лечь. Попробовал уговорить Сергея оставить его сегодня в лагере, но тот Хрипцова слушать не стал. Бросил ему короткое «Пройдешь, сколько сможешь» и вышел на улицу.

Сегодня решили сделать выход в кошках. Виктор откопал свои под кроватью и тоже вышел. Долго смотрел и пытался понять, как их самостоятельно одевают другие участники группы, потом кое-как начал надевать их сам. После пяти минут бесплодных попыток к нему подошел Рябцов и быстренько все переделал, как положено.

Группа стояла наготове. Хрипцов взглядом отыскал Асю. Та ответила ему кивком и приветливо улыбнулась. Виктор хмуро кивнул ей в ответ. Он сердился на нее за срыв плана, и, если бы предоставилась возможность, того и гляди сорвался на нее. Но решил предусмотрительно пойти в конце шеренги. Сергей пошел рядом с ним.

- Покажите хотя бы, куда мы сегодня должны подняться, - попросил Виктор недовольно.

- Вряд ли вам от этого станет легче, но давайте покажу. Смотрите, куда укажу палкой, - Сергей остановился и куда-то в воздух тыкнул своей треккинговой палкой.

Виктор встал вплотную к нему и посмотрел на заданное направление.

- Еееббб…- начало медленно вырываться у него из груди, но мужчина тут же замолк. Хотя выругаться ему в этот момент очень хотелось. Вместо этого он спросил, - Это вон те самые верхние камни?

- Да, - спокойно ответил ему Рябцов. – Точнее в идеале мы должны подняться к самой высокой точке скал.

- И сколько же это?

- Где-то 4750 метров.

- Блин…А если я не смогу?

- Надо попробовать дойти хотя бы до их нижней части.

- А нижняя часть – это сколько?

- Это приблизительно 4600.

- И сколько же это по времени?

- У каждого индивидуально. Часа 4, а, может, и 5 и 6. Как получится.

Хрипцов совсем приуныл.

- И зачем же люди соглашаются на такое издевательство над собой? – спросил он после минутного молчания.

- Ну как…Сергея этот вопрос, судя по интонации в голосе, слегка покоробил, - Ради своей цели. Чем лучше акклиматизация, тем больше шансов взойти на вершину. И лучше похода к Скалам Пастухова еще ничего не придумано.

- Да это понятно…

- Тогда о чем вы? Не совсем понимаю.

- Я в глобальном смысле. Зачем это людям?

- Ну и интересные у вас вопросы, - Сергей слегка усмехнулся. – Вы же тоже делаете восхождение ради какой-то цели.

- Да.

- Ну вот. Свои цели есть и у других людей. Кто-то хочет профессионально заняться альпинизмом, кто-то – уехать подальше от города и провести время в лоне природы, ну а другие – проверить свои силы и на что они способны. Если подумать, то цель есть у каждого действия. Вы же не просто так, например, в свое время подались в бизнес.

- Да, не просто так.

- Вот видите…Сергей развел руками, давая понять, что все очень логично и объяснимо.

 Хрипцов промолчал. Они уже снова отстали от группы и шли где-то поотдаль. Снег под ногами был пока еще твердый, но солнце уже начинало прилично припекать в спину. Виктор шел в одной флиске, штаны по бокам тоже пока расстегнул по настоянию Рябцова. Рядом с ними потихоньку поднимались другие группы. Посматривая на их темп ходьбы, Хрипцов даже тешил себя мыслью, что он, оказывается, не так плох пока. Может идти и побыстрее.

«Вы же не просто так подались в бизнес», - прокручивал Виктор у себя в голове эту фразу. Да, не просто так. Хорошо, что Рябцов не попросил подробностей рассказывать. А, собственно, что ему было рассказывать? Это было так давно. Лет 20 уже назад. Хрипцов тогда только университет заканчивал…

 

*****

- Витя, ты меня любишь?

- Да.

- Ты меня всегда будешь любить?

- Да.

Леночка выпорхнула из теплых Витиных объятий навстречу снежному московскому вечеру и закружилась на месте, громко смеясь. Виктор прислонился к стенке дома и с обожанием смотрел на свой предмет любви. Лена, Леночка. Прекрасная одногруппница, которая будоражила его воображение еще со 2 курса, когда он втайне начал сохнуть по ней. Прошло время, и вот уже практически к середине пятого курса они были вместе. Более того, завтра его ждало волнительное событие – Леночка пригласила его к себе домой познакомить со своими родными: бабушкой Светланой Геннадьевной и отцом Павлом Валентиновичем. Мама Леночки умерла, когда девочке было всего 9 лет. Студент Виктор Хрипцов стоял на улице и не мог скрыть своего волнения. Его волновало все: и предстоящее знакомство, и московская зима, которая только началась, и любимая девушка, и накрывшее ощущение счастья и безмятежности жизни, и пленительность своих мечт об очень скором прекрасном будущем. Одним словом, молодой человек был влюблен и наслаждался своей влюбленностью. Когда он полностью отдался своим чувствам и как бы отключился от реального мира, Леночка подбежала к нему и громко поцеловала в губы. Виктор очнулся.

- Глупыш, ты же замерзнешь.

- Это ничего.

- Не забудь, завтра в 19:00 мы ждем тебя дома, - маленький пальчик в перчатках провел его по носу, после чего на него опустились теплые губы.

- Я буду вовремя, - Виктор широко улыбнулся.

- Вот и замечательно! Я побежала, а то уже довольно поздно, - Леночка пересекла двор и, помахав рукой на прощанье, скрылась за дверью подъезда.

Виктор еще с две минуты молча смотрел на подъезд, после чего развернулся и пошел к метро. К себе в общагу приехал уже за полночь. Вахтерша, сидевшая на входе, в очередной раз погрозилась ему нажаловаться коменданту общежития на поздние возвращения Виктора. Но Хрипцов только пожал плечами и ничего ей не ответил, сразу прошел в свою комнату. Помимо него в ней проживали еще его сокурсник и друг Геннадий и один парень с 4 курса.

Ребята еще не спали и рубились в карты. Виктор зашел в комнату и тихо прикрыл за собой дверь. По своей старой привычке Геннадий начал подтрунивать над молодым влюбленным, но сразу пришел в дикое возбуждение, когда узнал, что друг идет завтра знакомиться с родственниками. С 10 минут пытались вытрясти с Хрипцова подробности приглашения, а потом втроем составили «план захвата». Виктор должен быть завтра просто ослепительно красив, а для этого требовалось найти сносный костюм, классические ботинки и еще, желательно, хорошее верхнее пальто взамен немного облезной хрипцовской куртки. Четверокурсник настаивал еще на каком-нибудь большом кожаном портфеле по типу того, с которыми ходили академики и профессора в их универстите, но его идею тут же загнули. Еще пораскинув мозгами решили, что пальто достать будет тяжело. Все-таки наступила зима, а такими вещами, тем более, хорошими, врдя ли, кто-то захотел бы поделиться, даже если на один вечер. Поэтому остановились только на костюме, белой сорочке и 2 скромненьких букетиках цветов: один для бабушки, второй – для Лены. С этим и пошли к ребятам с другого факультета, друзьям Гены, отметить это радостное событие. Сколько не бился комендант, а друзьям Гены всегда удавалось протащить в общагу что-нибудь горячительное. Вот и баловались этим горячительным до половины четвертого ночи.

Встали поздно и сразу же побежали по общаге искать костюм. Своих пар у Виктора с Геннадием в тот день не было, а вот у других хоть отбавляй. Поэтому и костюм нашли только в четвертом часу. Пришлось одному аспиранту отвалить деньгу за пользование костюмом. Вместо белой рубашки смогли найти только голубую, но так как костюм подобрали черный, то решили, что и так нормально будет. В итоге нарядили Виктора только к пяти. Он тут же помчался к метро. В начале седьмого вышел на станции «Красные ворота». Присмотрел там два букетика цветов. Покупать какую-то полудохлую мелочь Хрипцову было неудобно, поэтому четверть своей стипендии истратил на букеты получше. У подъезда стоял уже в половину. Подумал, что еще рано заходить. Померз на улице еще минут 20, после чего зашел внутрь. Поднялся на третий этаж и позвонил. Через пару минут дверь открылась. На пороге стояла высокая сухощавая пожилая женщина в длинной шали и огромным пучком седых волос на голове.

- Добрый вечер! Меня зовут Виктор, Виктор Хрипцов. Одногруппник вашей внучки Лены, - произнес студент неуверенно.

- Ааа, - протянула пожилая женщина, - ну заходите, Виктор Хрипцов.

Виктор зашел внутрь, вытер ноги о порожек и протянул Светлане Геннадьевне один из букетов.

- Благодарю, молодой человек. Давайте и второй, я сразу в вазу поставлю. – она протянула руку и ко второму букету цветов. – Разувайтесь и проходите вот сюда в гостиную.

Виктор послушно разулся, повесил куртку на свободный крючок вешалки и прошел в гостиную. По середине комнаты стоял большой круглый стол, который был накрыт на двух человек. На столе стояли две чашки, чайник, заварник и еще что-то из сластей. Какие, не обратил внимание. В углу негромко работал телевизор. Сбоку на диване развалился кот. В гостиной, да и в целом квартире, было как-то очень тихо. Хрипцов огляделся вокруг.

- Не стойте на пороге, молодой человек, проходите, - чья-то маленькая, но твердая рука подтолкнула его сзади.

- А где Лена? Павел Валентинович?

- Павла Валентиновича срочно вызвали в академию, Леночку – знакомые насчет будущего еста преддипломной практики.

- Но мне она об этом ничего сегодня не сказал, - Виктор подошел к столу, ведомый чужой рукой.

- Да вы не переживайте так, молодой человек. Леночка обещала, значит ваше знакомство состоится. Не переносить же встречу из-за того, что некоторые из ее участников по объективным причинам не могут присутствовать на ней сейчас. Правильно? Я думаю, мы с вами и так хорошо поболтаем. Тем более, вы так старательно готовились, - рука скользнула вверх по спине и дотронулась до плеча Виктора. – Только бы вот я чуть-чуть убрала плечи. А то они вам чуть-чуть великоваты. Присаживайтесь.

Костюм Виктору действительно был чуть великоват в плечах, но это было лучшее из всего, что они смогли найти в общаге. Молодой человек поежился и присел на стул. Пожилая женщина села напротив него и протуняла руку к чашке.

- Что вы предпочитаете, Виктор? Чай или кофе?

- Чай, пожалуйста.

Светлана Геннадьевна налила ему чашку и пододвинула к нему. Виктор поблагодарил и подвинул ее поближе к себе. Подождал, пока женщина налила чай себе и сделала несколько неспешных глотков.

- Значит, вы и есть тот самый одногруппник Виктор Хрипцов, о котором постоянно говорит моя внучка.

- Да, Светлана Геннадьевна.

- Ну хорошо, Виктор. Расскажите тогда что-нибудь о себе.

- Что вы хотите знать, Светлана Геннадьевна?

- Все. Кто вы, что вы, откуда, какие у вас планы на будущее, как давно ухаживаете за моей внучкой.

- Честно сказать, в Лену я влюбился еще на втором курсе, а встречаться мы начали только к концу четвертого курса.

- Интересно. А что же вы тянули кота за хвост эти два года?

- Я просто не осмеливался подойти к Лене эти два года. Она ведь такая яркая, красивая, целеустремленная.

- Да-да, это правда. Наша девочка такая. Но хорошо, допустим. А сами вы москвич или приехали в столицу учиться?

- Я приезжий. Родом из соседней Рязанской области.

- А поподробнее?

- Село Константиново Рязанской области.

- Родина великого поэта Сергея Есенина.

«Вы помните,

Вы всё, конечно, помните,

Как я стоял,

Приблизившись к стене,

Взволнованно ходили вы по комнате

И что-то резкое

В лицо бросали мне.

Вы говорили:

Нам пора расстаться,

Что вас измучила

Моя шальная жизнь,

Что вам пора за дело приниматься,

А мой удел -

Катиться дальше, вниз».

Помните?

- Нееет.

- Это «Письмо к женщине».

- Ааа, извините, - Виктор сконфузился.

- Ничего-ничего, - голос Светланы Геннадьевны все время оставался металлически ровным, - Давайте продолжим дальше. Кто ваши отец и мать?

- Я рос без отца. Он оставил семью, когда я был совсем ребенком. Меня воспитывала только мама. Сейчас она работает там в музее-заповеднике экскурсоводом.

- Чтож, Виктор, ответьте мне на еще один вопрос. Вот вы получается парень буквально из сельской местности. Старались получить хорошее образование и смогли поступить в один из престижнейших московских ВУЗов. Вы же на бюджете?

- Да.

- Поступили на бюджет в один из лучших столичных ВУЗов. Ну а дальше то какие у вас планы на жизнь? Определились ли вы с вашим будущим местом работы?

- Нет еще. Но я сейчас буду ездить по собеседованиям по организациям, куда отправлял запрос на преддипломную практику. И рассчитываю, что хорошо ее пройду и меня оставят там работать в каком-нибудь финансовом отделе.

- Хм. И это все?

- А что еще? – Виктор пожал плечами. – Я не совсем понимаю. Или вы думаете, что я скажу вам, что хочу стать крупным банкиром, или инвестором, или войти в Совет директоров куда-нибудь?

- Если бы вы сказали то, что только что озвучили, и то лучше получилось бы.

- Почему? – молодой человек развел руками.

- Потому что, в моем понимании, Виктор Хрипцов, получается следующая картина. Вы – скромный молодой человек, в прямом смысле выходец из российской глубинки. Не спорю, вы, наверное, умны и упорны, раз смогли поступить в такой престижный московский ВУЗ. Но что делать дальше после выпуска? Вы ведь в общежитии живете? Получается, что довольствоваться дешевым жильем в Москве вам остается всего каких-то несколько месяцев до выпуска, а там дальше полная неизвестность. Не будете же вы возвращаться в село с вашим хорошим дипломом? Вот и решаете вы вскружить голову бедной несчастной девочке, коренной москвичке, чтобы ухватить сразу двух зайцев. И в хорошей квартирке в центре города здесь остаться жить, и добропорядочную девушку со связями окольцевать. Извините меня, но не верю я в то, что вы два года за ней как молчаливый истукан бегали, а к концу четвертого курса она взяла и растаяла. А тут все как раз логично получается. Начали, как говорится, готовить сани летом. За год можно и успеть дело справить.

- Да как вы так можете говорить? – Виктор вскочил со стула. – Вы хотите сказать, что я ухаживаю за ней только из каких-то корыстных побуждений.

- Молодой человек, не забывайте, что вы все еще находитесь в гостях, а потому не позволяйте себе такое поведение Сядьте и слушайте внимательно дальше.

Хрипцов нахмурился, но сел обратно на стул.

- Замечательно. А теперь попробуйте мне доказать, что я не права?

- А как я смогу это сделать? Да, возможно, мы еще плохо продумали, как будем жить вместе в будущем. Но ведь мы оба будем работать и готовы даже на съемную квартиру съехать, чтобы жить абсолютно независимо.

- Ой, вот только не говорите чепухи, - женщина рассмеялась во весь голос, - Какое может быть жилье с вашими копейками, которые вы будете получать только после выпуска из университета! К тому же Леночка – создание нежное и привыкшее к определенного уровня комфорту. Ни о каком съемном жилье и речи быть не может.

 - Но! – Виктор попробовал встрять в разговор.

- Не перебивайте, когда я говорю, - голос Светланы Геннадьевны становился все более жестким. – А как вы еще хотите? Вы ведь даже четко не сказали мне, какие у вас планы на жизнь. По собеседованиям только походить в ближайшее время. Однозначно, о таком союзе и речи быть не может. Если у Леночки действительно есть к вам чувства, то я думаю, это очень скоро пройдет. Стоит только выйти на преддипломную практику, где она не будет каждый день вас видеть, как все мигом улетучится. Все привязанности, охи и вздохи. Я думаю, что ваши чувства к ней – это не более чем обычная человеческая жалость. Увы, она еще так молода и так пока неразборчива в чувствам. Но ничего. Мы с Павлом Валентиновичем всегда готовы направить ее по правильному пути.

- И какой же правильный путь вы для нее видите? – Хрипцов начинал кипеть от злости.

- Это, совершенно точно, не брак с человеком ее возраста. Даже если он студент в сто раз привлекательнее вас. Я вижу ее с человеком из хорошей интеллигентной семьи, который лет так на 7-10 старше ее. Со стабильным делом, который знает, что делает и чего хочет добиться. Это минимум.

- То есть иными словами вы хотите получить для нее мужа уже на всем готовом. Чтобы уже и состоялся, и капитал свой заработал, и благонадежен был.

- Да, вы абсолютно правы, Виктор. Вы сейчас только что назвали образец, которому вы, увы, никак не соответствуете и даже близко не приближаетесь, - Светлана Геннадьевна встала из-за стола.

Виктор встал вслед за ней.

- Виктор, если вы порядочный человек, не портите жизнь девочке. Она и так достаточно настрадалась, рано потеряв мать, бедняжка. Не добавляйте ей хлопот.

- Что вы от меня конкретно хотите?

- Как? – на этот раз пожилая женщина всплеснула руками. – Просто уйдите в сторону и не мешайте.

- А если не уйду?

- Уйдете, - женщина подошла к молодому человеку, вперив в него свой острый немигающий взгляд. – По-доброму, вы все равно ее никогда не получите. Так что не усложняйте ни себе, ни ей жизнь.

- А вы так уверены в том, что Лене понравится выбранный вами путь?

- А кто ее будет спрашивать? Она мягкая и податливая, как глина, из нее пока можно лепить все, что угодно.

- Не высокого же вы мнения о своей внучке.

- Не вам судить, молодой человек. Я считаю, что наш разговор начинает переходить из пустого в порожнее. И поэтому, - она указала Виктора на дверь в коридор, - прошу покинуть наш дом и впредь забыть сюда дорогу. И, само собой, Лену.

Виктор стиснул кулаки, но ничего не произнес. Он молча прошел в коридор, быстро оделся и вышел так громко хлопнув входной дверью от квартиры, как только мог. По улице шел сам не свой. Ему казалось, что худшего оскорбления в жизни ему еще никто не наносил.

Не помнил, как приехал в общагу. Вахтер пытался опять что-то сказать ему, но когда увидел злое и бешеное лицо Хрипцова, сразу умолк. Виктор поднялся к себе. Соседи по комнате были у себя. Виктор молча разделся и лег на кровать лицом вниз, даже не снимая костюма. Геннадий кинулся к нему. Долго допытывался, что случилось. Виктор сначала молчал, потом стянул с себя опостылевшее одеяние и рассказал все, как на духу. А после этого разрыдался от обиды. Гена все понял и вышел. Через несколько минут вернулся с горячительным и стаканами. Пропили полночи.

Даже когда мозг Хрипцова был совсем затуманен алкоголем и переживаниями, он постоянно крутил одну мысль. Он изменит эту ситуацию во что бы то ни стало.

 

*****

- Виктор, как самочувствие?

- Что?

- Как самочувствие? Смотрю, вы бодрячком. Сегодня до середины гряды мы дошли гораздо быстрее, чем вчера.

Пока Хрипцов вспоминал свою молодость, не успел заметить, как они с гидом действительно преодолели немаленькое расстояние. Но лучше бы Сергей этого не говорил. Виктор в одну минуту почувствовал привычную головную боль и тошноту. Попросился сделать перерыв. Так и быть, свернули к гряде и пристроились на камне. Попили горячего чаю. Пришлось позаимствовать у Рябцова. Свой Виктор сегодня с утра запихнул в рюкзак машинально. Поболтал, проверил, что полный, и сунул в рюкзак, а о том, что тот со вчерашнего вечера подостыл, не вспомнил.

Продолжили. Хрипцов шел и молился, чтобы у конца гряды от него отстали и разрешили развернуться и пойти вниз. Шлось очень тяжело. Видя, что подопечный быстро сдает, Сергей начал прибегать к различным уловкам, чтобы взбодрить бизнесмена. То вместо того, чтобы идти прямо в упор по склону вверх, почему-то начали петлять и ходить по нему змейкой. Потом переключились и вовсе на детские игры. Рябцов дал задание смотреть только под ноги и считать про себя количество шагов, которые они делали вверх от одной остановки до другой. Хрипцов сначала противился и делал все через раз. Даже психанул и послал гида куда подальше с его змейками и шагами и пошел напролом наверх своей дорогой. Через 10 минут таких сверхусилий выбился и упал в снег. Рябцов подошел к нему и молча протянул руку. После Виктор шел уже послушно след в след.

Плохое настроение усугублялось стремительно портившейся на глазах погодой. Солнце куда-то скрылось, и гору накрыл туман. Видимость упала шагов до десяти. Резко похолодало. Хрипцов натянул на себя пуховку.

У конца гряды встал как вкопанный.

- Я больше не могу.

- Можете. Чуть-чуть отдохнете и пойдем дальше. Хотя бы еще метров 100.

- Нет, - простонал Виктор.

- Да, - твердо стоял на своем Сергей.

Виктор сбросил на снег рюкзак и плюхнулся рядом с ним. Сделали очередной привал. Рябцов позвонил Криворукову. Те были уже где-то посредине скал. После звонка достал из рюкзака чай и начал медленно расхаживать рядом с подопечным, пока тот отдыхал. Но прошло 5 минут, потом 10, но Хрипцов даже и не думал вставать со снега.

- Виктор, вы начнете так быстро замерзать. Пойдемте. Последние 100 метров вверх, и я от вас отстану.

- Не могу.

- Нету слова «не могу». Вы даже не заметите, как мы туда дойдем.

- Не пойду.

Сергей долго и внимательно посмотрел на Хрипцова, ожидая что тот все-таки шелохнется. Но мужчина сидел неподвижно. Только высоко вздымалась спина. Наконец, терпение гида начало иссякать.

- Виктор, ну вы ведете себя как ребенок. Ей Богу.

- Я не хочу никуда. Ни вверх, ни вниз. Оставьте меня тут.

- Плохо дело, - подумал про себя Сергей, в очередной раз доставая из кармана пуховки мобильный телефон. Снова набрал Криворукову. Сказал, что идти вверх больше не могут и начинают возвращаться назад. Виктор в это время внимательно слушал разговор. Конечно, было приятно от того, что решение все-таки было принято в его пользу. Но заставить себя и встать все равно сил не находил. Как будто все жизненные соки из него уходили в снег как раз в том месте, где он сидел. Мужчина сидел и молча смотрел на какую-то условную точку впереди себя, хотя его уже начинал окутывать холодок. Он взрогнул.

- Так, - выдохнул Сергей и так быстро, что Виктор даже не успел ничего заметить, немного присел и просунул руку под мышку подопечного, а потом потянул его наверх, - Встаем, встаем! – тянул он Хрипцова и все время приговаривал вслух.

Наконец, неподвижное тело поддалось и безвольно поднялось со снега. Рябцов быстро надел на бизнесмена рюкзак, натянул свой на себя и поправил им обоим треккинговые палки.

- Виктор, внимательно следите за тем, что я буду сейчас делать и повторяйте за мной. Пошли.

Начали спуск вниз. Гид, как мог, пытался показать Хрипцову правильную технику спуска в кошках, но тот практически никакого внимания на сопровождающего не обращал. Пробовал повторять, но после 1-2 повторов сбивался и начинал идти, как мог, с силой перекатываясь с пятки на носок. Перерывы делали уже через каждые 10 минут. Через 1,5 часа такого спуска все-таки задел кошками друг о друга и свалился. Хорошо, что спуск был пологий, и, перекатившись один раз, Виктор остановился. В этот момент вспомнил практически все матерные слова, какие знал. Сергей взял его под руку и старался не обращать внимания на изрыгавшийся поток нецензурной брани.

Практически рядом с лагерем их нагнал Криворуков с группой. Виктор упал на скамейку и с трудом развязал кошки. Бросил их, как попало, на земле и пошел в модуль. Стащив с себя куртку, сразу завалился на кровать в мокрых брюках и флиске. К нему подошла Ася.

- Как ваше самочувствие, Виктор? – спросила женщина негромко, аккуратно запихивая под кровать валявшийся посредине прохода хрипцовский рюкзак.

- Спасибо, терпимо, - огрызнулся он.

- Может, вам таблетку принесли или горячий чай? Сразу полегчает.

- Спасибо, но я как-нибудь без вашей помощи обойдусь, - прошипел Виктор и демонстративно повернулся на бок спиной к Асе.

Та слегка опешила и, ничего больше не сказав, ушла к себе.

Хрипцов же судорожными движениями ощупывал себе лоб, пытаясь понять, есть у него температура или нет. Вроде бы, нет. Опять тошнота, головная боль, но озноба нет. Мужчина еще раз ощупал себе лоб и, повыше натянув на себя спальник, закрыл глаза.

Проснулся ближе к восьми вечера от того, что в флиске под спальником стало очень жарко. Сел на кровати. Тошнота и головная боль прошли, очень хотелось есть. Прошел в столовую. Весь лагерь уже успел поужинать. Пришлось довольствоваться чаем с остатками того, что было на столе раздачи.

 

Все комментарии - Добавить свой

Комментарии пока отсутствуют ...